Военный пенсионер из Балашихи рассказал о знакомстве с легендарным оружейником Михаилом Калашниковым

Подполковник в отставке, долгое время служивший в ракетных войсках стратегического назначения СССР, житель микрорайона Заря Леонид Григорьевич Шумилов родом из Алтайского края. Однажды судьба свела его с выдающимся оружейником, создателем стрелкового оружия Михаилом Тимофеевичем Калашниковым, уроженцем того же Алтайского края.

СЕЛО РОДНОЕ

Леонид Шумилов родился 7 мая 1942 года в селе Киприно Алтайского края. У его дедушки и бабушки было восемь детей. Когда-то дед Леонтий Ефимович  был солдатом царской армии, и внук до сих пор бережно хранит его фотографию в форме того времени. Отец Григорий Леонтьевич, участник советско-финской войны, будучи сотрудником НКВД, в начале Великой Отечественной войны имел бронь — отсрочку от отправки в действующую армию. На фронт его призвали в ноябре 1941 года, а уже в феврале 1942-го командир отделения миномётчиков Григорий Шумилов пропал без вести во время боёв на Можайском направлении.

После школы Лёня хотел пойти учиться на юриста, но один случай внёс коррективы в выбор профессии юноши.

«Многие помнят, как 1 мая 1960 года близ села Косулино под Свердловском (ныне Екатеринбургом) советской зенитно-ракетной батареей был сбит американский высотный самолёт-разведчик U-2 под управлением Фрэнсиса Пауэрса. Пилот тогда был взят в плен. Все были под впечатлением действий наших войск противовоздушной обороны. И я поехал в военкомат, прошёл медкомиссию и поступил в Вольское военное авиационно-техническое училище. Позже, в сентябре 1962 года, оно будет преобразовано в командно-техническое училище», — вспоминает Леонид Шумилов.

СЛУЖБА В РАКЕТНЫХ ВОЙСКАХ

После окончания училища в 1963 году Леонид Шумилов в возрасте 21 года был направлен в Кострому в один из полков 10-й гвардейской ракетной дивизии. Тогда там находились отдельные стартовые позиции ракет шахтного базирования — три пусковые установки. На боевом дежурстве военнослужащим приходилось спускаться в шахту с ядерными боевыми ракетами для замера температуры воздуха и влажности. Через несколько месяцев смышлёный выпускник военного училища стал начальником расчёта автономных испытаний и настройки системы управления. Спустя два года Леонид написал рапорт с просьбой разрешить поступить ему во Всесоюзный юридический заочный институт. Ему отказали, предложив дальше учиться по специальности. Так Лёня остался на службе.

«В 60-х годах в районах Урала, Сибири и Казахстана началось строительство ракетных комплексов второго поколения — одиночных боевых стартовых позиций. Как правило, в соединении было 6-10 пусковых установок. В одну из технических ракетных частей под Челябинском я и был переведён. Служил в отделе капитального строительства, который вёл приёмку новых ракетных шахт», — рассказывает Леонид Григорьевич.

И ВСЁ-ТАКИ ЮРИДИЧЕСКИЙ

В 1967 году, окончив курсы комсомольских работников Львовского высшего военно-политического училища, Шумилов поступает на заочное отделение Свердловского юридического института. Позже его перевели на должность пропагандиста одного из полков 13-й ракетной дивизии, которая дислоцировалась в городе Ясный Оренбургской области. Ещё одним местом службы Леонида Шумилова был военный городок Звёздный под Пермью, там в 52-й ракетной дивизии он прослужил 10 лет. В 1982 году здесь производились учебные пуски ракет.

«Фактически я служил в пяти ракетных дивизиях, четыре из них в конце 90-х — начале 2000-х годов, к сожалению, были расформированы. Шахтные установки попали под действие договора о сокращении наступательных вооружений СНВ-1. Уникальные объекты, в создание и поддержание которых было вложено немало средств и инженерного таланта, прекратили своё существование. И только в городе Ясный ракетная дивизия действует до сих пор», — с сожалением отметил ветеран военной службы.

В 1984 году Шумилова перевели в Москву в политотдел бригады охраны центрального аппарата Министерства обороны СССР, где он прослужил до 1991 года. После 31 года службы  ветеран был уволен из армии в запас. С 1999 года он жил в Железнодорожном, а пять лет назад перебрался в микрорайон Заря.

НА ПЕРЕКРЁСТКАХ ВСТРЕЧ

В жизни Леонида Григорьевича было много интересных встреч. Особенно дороги ему воспоминания о знакомстве с великим изобретателем Михаилом Калашниковым.

ИЗ ЖИЗНИ КОНСТРУКТОРА

С августа 1941 года Калашников воевал в составе 108-й танковой дивизии, но уже в октябре под городом Трубчевском Брянской области он получил ранение и попал в госпиталь. Именно там он делает первые наброски и чертежи своего автомата, мечтая создать скорострельное, безотказное и простое оружие, чтобы любой солдат мог собрать и разобрать его с закрытыми глазами. Создание, испытание, доработка автомата растянулись на долгие годы.

Первым удачным и получившим признание изобретением Калашникова в 1940 году был прибор для танка — счётчик моточасов. Внедрить его не получилось, началась война. Затем появились опытные образцы пистолета-пулемёта и самозарядного карабина. Однако в серию они не пошли из-за некоторых недостатков и сложности производства. И только в 1947 году на инструментальном заводе № 2 имени К.О. Киркижа (позже завод будет носить имя В.А. Дегтярева) в Коврове был изготовлен опытный образец АК-47. После испытаний и утверждения на серию первую партию автомата выпускают на мотозаводе в Ижевске, куда Калашников переезжает со своей семьёй в 1949 году.

Кстати, сам Михаил Калашников не приписывал себе полностью все заслуги в создании автомата. В его мемуарах «Калашников: траектория судьбы», которую он написал в 2004 году в соавторстве со своей дочерью Еленой, он называет всех основных участников создания легендарного оружия. Например, изобретателю помогали опытный конструктор завода Александр Зайцев, инженер Василий Соловьёв, слесарь-отладчик Борис Мариничев.

Калашников гордился своими разработками, но сожалел, что их используют во зло.

«Не моя вина, что сегодня это оружие применяется не там, где следует. Тут вина политиков, а не конструкторов. Я создавал оружие для защиты рубежей Отечества», — всегда отвечал Калашников.

Позже на вооружение будут приняты другие изобретения Калашникова и их модификации со складными прикладами и прицелами ночного видения – автоматы, пулемёты, охотничьи карабины.

У Калашникова было трое детей — сын Виктор тоже стал конструктором оружия, он разработчик принятых на вооружение пистолетов-пулемётов «Бизон» и «Витязь». Старшая дочь Елена возглавляет общественный фонд имени М.Т. Калашникова, а младшая Наталья в 30 лет погибла в автокатастрофе.

ОХОТА, РЫБАЛКА И КОЛЛЕКЦИЯ НОЖЕЙ

Не забывал Калашников и про своё родное алтайское село Курья. В один из приездов Михаила Тимофеевича на родину, уже после того как легендарный автомат был принят на вооружение, с ним познакомился дядя Леонида Шумилова — Александр Леонтьевич. В послевоенные годы он был партийным работником и занимал должность первого секретаря Курьинского комитета компартии. Именно в селе Курья в 1919 году в многодетной семье, где из восемнадцати детей выжили только восемь, родился, жил, а потом часто бывал на отдыхе создатель легендарного автомата.

«В 1975 году я был на уборке урожая на Алтае и заехал к дяде Саше в гости. Тогда я мечтал пойти на юриста, но со службы меня не отпускали. Рассказал дяде о ситуации и попросил поговорить с Михаилом Тимофеевичем, может тот замолвит за меня слово. Дяде просьба моя не понравилась, и он сказал, что к Михаилу Тимофеевичу обращаться не будет. Больше мы никогда это не обсуждали. С Калашниковым у них была крепкая мужская дружба более 40 лет. Они много беседовали на разные темы, ездили на полигон, где занимались стрельбой из автомата, бывали друг у друга в гостях, отдыхали на природе, рыбачили и охотились на пернатых, медведя, лося», — рассказал Леонид Шумилов.

Михаил Калашников был большой любитель охоты, а ещё он обладал великолепной коллекцией ножей, которые ему постоянно дарили, куда бы он ни приезжал. В 60-х годах завод «Ижмаш», куда было передано производство автомата, посетил генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев. Руководитель страны высоко оценил и сам автомат АК-47, и штык-нож к нему. По одной из версий, именно поэтому в конструкторском бюро Калашникова был разработан подарочный экземпляр складного охотничьего ножа.

«В 1978 году я с семьёй жил в городке Звёздный под Пермью. Тогда Михаил Тимофеевич сам позвал меня к себе повидаться с дядей Сашей, когда тот гостил у Калашникова. Я взял отпуск на службе и вместе с сыном Олегом на машине поехали в Ижевск на дачу конструктора. Тогда это был небольшой домик на озере, где оружейник любил рыбачить. Утром мы пошли поплавать на лодке. Долго возились с ржавым замком — никак не могли отцепить лодку. Были в недоумении: не может быть замок в таком состоянии у конструктора. Решили, что обязательно скажем об этом Михаилу Тимофеевичу. После прогулки вернулись на берег, там стоял Калашников и смеялся. Оказалось, что мы взяли лодку соседа, тот был руководителем республиканского управления КГБ», — вспоминает Леонид Шумилов.

ПИСАТЕЛЬ-ФРОНТОВИК

Был у Леонида Шумилова ещё один знаменитый дядя — писатель-фронтовик Иван Леонтьевич. Он встретил Великую Отечественную войну близ белорусского города Молодечно. В июле 1941 года их пограничную заставу разбили немцы и он с двумя товарищами попал в плен. Их перевозили на открытой платформе, и ночью пленным удалось сбежать. Иван присоединился к белорусским партизанам, и в 1943 вначале возглавил штаб, а затем стал командиром партизанского отряда «Сибиряк», действующего в Барановичской области. В короткие часы между рейдами и боями Иван начал вести дневник о жизни партизанского отряда. Потом эти записки легли в основу книги «В тылу врага». Ещё одно произведение о войне — повесть «Стефка». Затем были повести «Трещина», «Петушок», «Деревня Ивановка», сборники рассказов. По воспоминаниям младшего брата, тоже фронтовика Александра Шумилова, будет написан рассказ «Как мы захватывали плацдарм». Роман «Жажда» Иван Леонтьевич тоже начал писать, когда гостил у брата Александра, руководившего одним из районов края.

«О том, что мой второй дядя Иван Шумилов тоже был знаком с Калашниковым, я узнал уже после его смерти. В его книге «Переулок встреч», которая вышла в 2010 году, есть упоминание об этом», — сказал Леонид Григорьевич.

Под брендом «Калашников» выпускались также ножи, часы и даже водка. Но при этом конструктор вёл скромный образ жизни и жил в трёхкомнатной квартире в панельном доме в Ижевске на улице Советской, 21а. Активные заграничные поездки алтайского оружейника начались только с 1990-х годов, он часто представлял российское оружие на международных выставках. И ездил Калашников на машинах отечественного производства. Сначала это был УАЗ, потом ИЖ «Комби» и, конечно же, «Волга».

«Михаил Тимофеевич был очень простой в общении человек, не любил роскоши, старался жить достойно, был открыт и доброжелателен. Люди сами тянулись к нему. Я горжусь, что мне удалось встретиться с ним», — отметил ветеран из Балашихи.

После переезда в Москву Леонид Шумилов стал чаще встречаться с Михаилом Калашниковым. Тот приезжал в часть и рассказывал интересные истории о своей жизни и службе в танковой дивизии, о своих друзьях и коллегах, первых изобретениях и испытаниях легендарного автомата АК-47 и другом оружии. Человеком был очень занятым, но, когда к нему обращались, никогда не отказывал.

 

Валентина Чубенко

 

 

Мы в Instagram