поляков-мама
Этой СМС не будет никогда
29.12.2016 14:12
Перед этой поездкой Владимир Поляков активно готовился к Новому году. Накупил бенгальских огней, фейерверков, приготовил родным подарки. По приезду собирался вместе с женой Юлей сходить на елочный базар за пушистой елкой, а после планировал целый вечер ее наряжать. 2017-й он думал встречать вместе с родными.
                                                                                                                                                                                                                                                                

Поездка была всего на один день.  В Сирию. Там со своим Ансамблем песни и пляски Российской Армии имени А.В. Александрова Владимир должен был поздравить с наступающими новогодними праздниками наших военных. Перед тем, как уехать на аэродром в Чкаловский, до последнего ждал с работы маму и жену. Они застали его в прихожей, в верхней одежде. Короткие объятия, поцелуи, слова — «привет, родной» и прощание… Как оказалось, навсегда.

                                    

Владимир Поляков, солист ансамбля имени Александрова, родился в городе Магнитогорске в 1984 году. Десять лет назад вся их семья переехала в Балашиху. С его мамой, Любовь Николаевной, мы встретились в квартире в микрорайоне Ольгино.  Повсюду стоят его фотографии. Меньше недели прошло с момента крушения Ту-154 в Черном море 25 декабря 2016 года, в котором летел Владимир.

                                    

— Это моя надежда и опора. Его с сестрой я растила одна с 1996 года. Володе было всего восемь лет, когда трагически погиб его отец.

— Володя хорошо учился в школе?
— Да, у него память хорошая. Учителя говорили, что ему достаточно присутствовать на уроках, он всё запоминал и схватывал на лету.
— А тяга к музыке, когда появилась?
— Даже и не знаю, в кого он пошёл. Муж мой по профессии был инженер-электрик, но научился играть на гитаре и пел детям романсы, когда они маленькие были.  У нас в доме всегда классическая музыка звучала — Свиридов, Брамс… Детей мы укладывали спать под такую музыку. Позже Володя в театральный кружок в ДК «Металлург» ходил. Был подвижный, танцевал. А затем объявили конкурс на театральные курсы при консерватории Магнитогорска. Он прошёл и даже играл в мюзикле «Человек из Ламанчи». Как-то на мюзикл пришла Светлана Васильевна Синдина, известный в городе хоровой дирижер, автор многих творческих проектов, основатель камерного хора и сказала ему: «Зачем тебе, юноша, театр? С таким голосом тебе надо заниматься академическим пением». И Володя перевелся.
— Не жалел?

— Нет, у него был очень хороший педагог в колледже при консерватории имени М.И. Глинки. Любовь Александровна Мишурова. Она в свое время сказала Володе, что голос его слышит красками, в цвете. Душу в него вложила. Мы по сей день с ней общаемся. И Володя, когда в Магнитогорск приезжал, всегда ее навещал.

                                    

Рассказывая о сыне, Любовь Николаевна говорит о нем исключительно в настоящем времени. Ни понять, ни поверить в то, что её любимого сына больше нет, она не может.

                                    

— Володя, когда учился в Магнитогорске, еще и работал в хоровой капелле. Вот там ему и посоветовали ехать в Москву, в Гнесинку, куда он в 2007 году и поступил с первого раза. Мы за ним следом поехали, чтобы рядом быть, поддержать. Чтобы вместе радоваться его успехам. Учился Володя у Валентины Николаевны Левко, российской оперной певицы, солистки Большого театра, народной артистки РСФСР.  В августе ей исполнилось 90 лет. Мы всегда с ней общались, и она спрашивала, как дела у Володи, чем он занимается, где бывает. В Гнесинке он все экзамены на отлично сдавал.

— Дома петь любил?
— Распевался. Ему надо было хоть немного репетировать. На музыкальных инструментах играл. Но вот один петь стеснялся, говорил, что в коллективе себя чувствует лучше.Работал в Камерном музыкальном театре имени Б. А. Покровского какое-то время.
— А когда он в ансамбль имени Александрова пришёл?
— Уже 4 года как. И с первого дня сказал, что он нашёл второй дом. Ему нравилось всё: коллектив, форма. Он высокий, как щит, 190 см рост был. Там все как на подбор, очень хорошие ребята. Володя всегда говорил, что там все чувствуют плечо друга – настолько там тёплая атмосфера была. Еще прослушивался в мужской камерный хор под руководством В.М. Рыбина и его сразу взяли солистом, но он вернулся в ансамбль Александрова. Он лауреат многих всероссийских и международных конкурсов. Столько еще было хорошего впереди.
— У него была мечта?
— Он хотел спеть сольную партию в Кремле.
—  Володе часто приходилось ездить выступать? И куда?
— С ансамблем он объездил практически всю Россию, были и заграницей —  Китай, Куба, Венесуэла, Германия, Хорватия…
—  Неспокойные для вас эти командировки были?
— Только в Крым.  В Венесуэле, например, их возили в закрытых автобусах, машины полицейских, военных в сопровождении.
— С сестрой Мариной ладили?
— Еще как! Она старше его на четыре года, в детстве его защищала, потом – он. Они очень близки друг другу. Теперь Марина говорит, что Володю «слышит затылком», и он говорит, чтобы она Юле, жене его, помогала и не бросала её.
— Эта декабрьская командировка была неожиданной?
— Да.  Я всегда переживала за него, а в этот раз он пытался нас убедить, что переживать не надо, так как едет на один день и в понедельник должен был быть дома. А у меня камень в душе. Я поехала в церковь Николая Чудотворца на Таганке, молилась за него. Жена Юля отпросилась с работы, мы вместе его провожали. Когда садился в машину, улыбнулся и сказал, чтобы мы ждали его в понедельник. Я только вслед перекрестила машину.
— Он звонил в пути?
— Уезжая, он сказал, что позвонит через 50 минут, когда приедет на аэродром Чкаловский. Четко в это время позвонил и просто сказал: «Я доехал, всё хорошо». И чтобы не волновались, по прилёту в Сирию обещал прислать смс.  Мы ждали этой смс всю ночь. Она не пришла.
— Была возможность отказаться от командировки?
— Он не отказался бы никогда. Он ответственный, серьезный. И по своему направлению тянул все партии. Он даже болеть себе не разрешал. Недавно жена Юля была в Беларуси, заболела, вернулась накануне вся больная, а он не заразился.
— Он был домашним?
— Я сына воспитывала, как единственного помощника. И электрика, и сантехника – всё на нем. По всем вопросам могла ему позвонить, и он, как «палочка-выручалочка», всегда помогал. На даче всегда копал, сажал. Вот выписал каталог «Сады России», сам готовил и меня заставлял заготовками заниматься.
— Сын с большой буквы…
— Мне кажется, он лучший из сыновей. Я было как-то ноги себе переломала, так он меня на руках каждый раз на работу на третий этаж носил. Соседям всегда помогал. Спасибо всем, кто нас сейчас поддерживает.
— Вам сообщили о трагедии или вы узнали из новостей?

—  B воскресенье в 9 утра 25 декабря позвонил брат по скайпу и спросил дома ли Володя? Я сказала, что его нет. Вопрос «Где он?» гулом стоял у меня в ушах, и я поняла, что произошло что-то страшное. Машинально включила телевизор, дальше всё как в тумане. Мы не знаем, как будем жить без него…

                                    

Владимир Поляков – талантливый исполнитель, добродушный, отзывчивый человек, замечательный любящий сын, брат и муж — улетал всего-то на один день. Ему было 32 года. Он был молод и хотел познать в этой жизни как можно больше. Изучал, впитывал, учился. А ещё Володя увлекался звёздами. Он любил рассматривать их в телескоп, который сейчас сиротливо стоит в маминой квартире на балконе. Там высоко, в небе, он искал таинственный путь и новые звезды, о которых хотел рассказать любимым людям – маме, жене, сестре. Не получилось… Не успел…

Валентина ЧУБЕНКО
Поделиться:

Комментарии закрыты.